В мире классических «Линкольнов» хватает странных историй, но Mark IV Bugazzi — редкий случай, когда слово «роскошь» становится буквально тяжёлым. За основу взяли Lincoln Continental 1973 года и в середине 1970-х превратили его в театральный шоу-кар калифорнийской школы: с новым обликом, избытком хрома и салоном, где вместо привычного дерева и пластика — настоящие гранитные вставки.
Проект приписывают мастерской Hollywood Coach Builders: ради нужного эффекта с автомобиля сняли большую часть штатных кузовных панелей и заменили их изготовленными заново. Именно поэтому Bugazzi узнаётся моментально. Спереди — высокая, почти «роллс-ройсовская» решётка радиатора и круглые фары в квадратных хромированных рамках. Передние крылья вытянуты вперёд дальше бампера и щедро украшены хромом. Посадка занижена, колёса — серебристые, а шины с белыми боковинами подчёркивают стиль эпохи.
Не менее эффектна и задняя часть: у Bugazzi изменены панели кормы, переработана крыша, а крышка багажника получила внешний держатель запасного колеса — деталь, которая сразу делает силуэт «парадным». Отдельная гордость — окраска: аукционный дом Mecum указывает сочетание Gold Pearl clear с акцентами Ice Pearl и ручной росписью.
Главная «фишка» — интерьер. Здесь гранит не имитация и не плёнка: цельные каменные элементы находятся на центральном тоннеле, задней консоли и на всех четырёх дверных картах. Выглядит это как дорогая отделка мебели, только в автомобиле — и именно поэтому Mark IV Bugazzi регулярно становится героем обсуждений даже среди людей, равнодушных к классике. Кожа в салоне выглядит свежо: по данным описаний, перетяжку обновляли перед продажей.
О технике известно не всё, но ключевые детали названы: под капотом стоит большой бензиновый мотор объёмом 7,5 литра (460 кубических дюймов), а коробка — автомат, причём в описаниях фигурирует агрегат от Chevrolet Corvette C6. Мощность и пробег публично не раскрываются, зато сам факт такой связки отлично объясняет философию Bugazzi: максимум впечатления, минимум рациональности.
Важно, что «донором» выступил именно Lincoln Continental образца 1973 года — огромный американский люксовый автомобиль, созданный для неспешного движения и комфорта. Такая база идеально подходила для «выставочного» образа: длинный капот, массивные двери, широкие крылья и обилие хрома уже в заводском виде задавали настроение. В Bugazzi это настроение просто выкрутили на максимум — словно дизайнеры поставили задачу сделать машину, которая будет выглядеть дорогой даже ночью, когда на неё падает свет фонарей и вывесок.
Передок Bugazzi — отдельный спектакль. Высокая решётка радиатора и «архитектурные» рамки фар визуально делают нос ещё выше, чем у стандартного Continental, а хромированные поверхности работают как зеркало. В сочетании с вытянутыми вперёд крыльями получается образ, который сегодня воспринимается почти как карикатура на роскошь, но в 1970-е подобная демонстративность была частью культуры: автомобиль должен был не просто ехать, а заявлять о владельце.
Сбоку внимание притягивает посадка: автомобиль выглядит «приземлённым», а белые боковины шин подчёркивают классическую эстетику. На фоне двухтоновой перламутровой окраски и серебристых колёс создаётся ощущение, что перед нами не дорожная машина, а экспонат, который легко представить на съёмочной площадке или на выставке тюнинга той эпохи.
Корма у Bugazzi не менее выразительная. Новая линия крыши и переработанные задние панели меняют пропорции, а внешний держатель запасного колеса добавляет ассоциации с парадными лимузинами и «демонстрационными» автомобилями. Детали не стараются быть скромными: здесь важна нарочитость, и именно она делает проект узнаваемым спустя десятилетия.
Но всё это — лишь пролог к салону. В классических интерьерах часто спорят о том, что «настоящая роскошь» должна быть тактильной: дерево, металл, кожа. Bugazzi отвечает на этот спор камнем. Гранитные панели на дверях и в центральной части салона выглядят как отделка дорогого интерьера дома, а не автомобиля. И здесь важно слово «цельные»: это не декоративная накладка «под камень», а реальный материал, который сложно игнорировать.
Практичность у такого решения, мягко говоря, вторична. Камень добавляет массу, усложняет ремонт и точно не создан для того, чтобы его трогали зимой. Зато эффект на публику — мгновенный: открываешь дверь, и привычный мир автомобильных материалов заканчивается. Именно из таких шок-деталей и складывается ценность «странных» проектов для коллекционеров: они хорошо запоминаются и всегда становятся поводом для разговоров.
Техническая часть в открытых описаниях остаётся в тени, но даже известного достаточно, чтобы понять характер машины. Большой 7,5-литровый двигатель 460 и «автомат» — типичный набор для американского люкса, рассчитанный на тягу и плавность. Упоминание коробки от Chevrolet Corvette C6 добавляет истории оттенок авантюры: в одном автомобиле смешались разные миры, как это часто и бывает у индивидуальных переделок.
Кстати, сама редкость Mark IV Bugazzi — не маркетинговая приписка. В публикациях повторяется оценка «примерно дюжина машин» и предположение, что сегодня в живых остались считаные экземпляры. Поэтому предстоящие торги — это не просто продажа старого Lincoln Continental, а шанс для коллекционера заполучить артефакт, который иллюстрирует эпоху лучше многих музейных стендов.
Аукционный дом Mecum уже разместил лот в каталоге: Glendale 2026, лот V393.1, пятница, 20 марта 2026 года. Для таких автомобилей заранее важнее не цена, а внимание — и оно гарантировано. Даже если вы далеки от классики, трудно пройти мимо Lincoln Continental Mark IV Bugazzi, который одновременно выглядит как реквизит из кино и как демонстрация того, насколько далеко может зайти фантазия людей, строивших «самые роскошные» автомобили своего времени.
В итоге Bugazzi — это не про скорость и не про рациональный тюнинг. Это про культурный код: про 1970-е, про калифорнийскую любовь к показной роскоши, про желание сделать вещь, которая будет выделяться даже среди других редкостей. И именно поэтому, когда такой Lincoln Continental Mark IV Bugazzi появляется на публике, он снова превращается в событие — как минимум потому, что второго такого разговора с «гранитными дверями» у ваших знакомых, скорее всего, ещё не было.
